Главная страница
Регистрация
Вход

Четверг, 2018-06-21, 05:55
| Вход | Регистрация
Прибежище тейлонов

[ Новые сообщенияУчастникиПравила форумаПоиск]
  • Страница 1 из 8
  • 1
  • 2
  • 3
  • 7
  • 8
  • »
Модератор форума: Netroep, Sky  
Форум » Фантворчество » Литературное творчество » Возьми моё сердце... (О жизни, какой она иногда бывает...)
Возьми моё сердце...
ЛиэнДата: Понедельник, 2010-11-22, 09:45 | Сообщение # 1
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
Автор: Лиэн
Рейтинг: PG-16
Жанр: Ну, наверное, как всегда - анатомия отношений))
Персонажи: на манеже всё те же - герои ЗПК
Содержание: Красивая и немного грустная история поиска выхода из жизненного тупика. Без физиологических аспектов - чувственно, но целомудренно. Обещаю, что будет много мысленных монологов, душевных исканий и терзаний. Немного философии, психологии плюс некоторый драматический эффект.


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))

Сообщение отредактировал Лиэн - Понедельник, 2010-11-22, 17:11
 
ЛиэнДата: Понедельник, 2010-11-22, 09:45 | Сообщение # 2
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
Возьми моё сердце...

Прелюдия

Лепесток белый, лепесток алый…
В глубине — нежность, по краям — яд.
Целый мир — много, пополам — мало,
Без тебя — пекло и с тобой — ад…

Но тропа вьётся — на закат спелый,
Что разбил небо о земли твердь.
Лепесток алый, лепесток белый —
Словно две карты, что сулят смерть…

Уколоть душу о судьбы жало
Для кого кара, для кого — честь.
Лепесток белый, лепесток алый…
А судьба шепчет, что любовь — есть…

В предвечерних сумерках сад окутан золотой дымкой. Я смотрю, как хрустально переливается в фонтане вода, вслушиваюсь в её мелодичное журчание, услаждаю взор нежными красками опалённого грядущим закатом неба и, несмотря на усталость, ощущаю в своей душе покой. Много столетий подряд мне неведомо было ни это чувство, ни даже стремление его обрести. «Ты этого не стоишь», — таков был мой беспощадный приговор себе. Но судьба преподнесла мне щедрый дар. Я храню в себе боль — целую бездну боли. Она — горькое эхо совершённого мною зла, и останется моей неизменной спутницей до того момента, пока не настанет час шагнуть за пределы этого уровня бытия. И всё-таки, несмотря ни на что, я несу в себе счастье — как долгожданное дитя. В минуты уединения я часто думаю о могуществе и величии сил, вращающих этот мир. В моей жизни было всё — взлеты и падения, поиски и ошибки. Теперь в ней есть главное — Любовь…
Мой взгляд скользит по цветущим розовым кустам. В лучах заката белые розы кажутся золотистыми, чайные — розовыми, а розовые — цвета пламени. Я слышу позади тихий шорох и оборачиваюсь, хоть в этом нет нужды. Я знаю, кто стоит у меня за спиной, потому что чувствую тебя даже на расстоянии. И сейчас во мне животворной силой пульсирует твоя нежность. Наши взгляды встречаются, и мне кажется, что я смотрю на огонь. Огонь, который согревает. Он может обжечь, но ради того тепла и света, которые он даёт, стоит вытерпеть боль.
Ты произносишь моё имя, и звук твоего голоса проникает вглубь моего естества, заставляя призывно трепетать иссушённую извечной жаждой священного единства душу и податливую прохладную плоть. Сильная рука ложится на моё плечо, и этот простой жест таит в себе несколько значений, которые раскрываются, словно створки перламутровой раковины: выстраданную нежность, обещание защиты, знак неразделимости наших судеб.
Я шепчу твоё имя в ответ, и оно дивной музыкой отдаётся в моей душе. Ты садишься рядом со мной, и я ещё острее ощущаю нашу близость на грани слияния. Мы молчим, потому что всё давно уже сказано, и говорить что-то ещё было бы преступлением против наших чувств. Ты осторожно берёшь мою ладонь в свою, накрывая её сверху другой ладонью. Ветер обрывает лепестки роз и бросает к нашим ногам. Лепесток белый, лепесток алый…
В своё время мы приняли решение поведать миру нашу историю. Она — о двух самонадеянных существах, которые бежали друг от друга и от самих себя, пока сама судьба не свела их над пропастью. И мы смогли удержаться на краю, сделав шаг навстречу друг другу. Я никогда не забуду тот миг, когда наши руки впервые сомкнулись — он и предопределил нашу дальнейшую жизнь, хоть сами мы полагали иначе и какое-то время по инерции ещё продолжали бежать, не замечая, что наш бег становится полётом. Но однажды ты сказал: «Возьми моё сердце…» И мой ответ был: «Бери всё или ничего…»
Я смотрю в твои глаза и вижу, что ты не сожалеешь о сделанном выборе. Вслушайся в тихий шелест опадающих лепестков. Лепесток белый, лепесток алый… Почувствуй едва уловимый поцелуй ветра на своей коже. Насладись ласковым прикосновением последнего луча догорающего солнца. В это мгновение весь мир словно затаил дыхание, очарованный красотой наших чувств. Когда-нибудь ветер времени подхватит нас, как эти лепестки, и мы полетим навстречу Вечности. Лепесток белый, лепесток алый… А пока наши руки сомкнуты, и я не думаю о том, что будет завтра. Во Вселенной нет ни прошлого, ни будущего. Есть только настоящее, и моё настоящее — это ты… Мы — две мятущиеся души, ставшие одним целым. Лепесток белый… Лепесток алый…


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))
 
ashatry_aДата: Понедельник, 2010-11-22, 23:25 | Сообщение # 3
Сподвижник
Группа: Пользователи
Сообщений: 819
Статус: Offline
Эх, красиво... и как-то грустно cry а местами - очень даже эротично happy
и мало smile
с другой стороны - выглядит как вполне законченное мини, в стиле "угадай кто"
...
один момент!
Quote (Лиэн)
Но однажды ты сказал: «Возьми моё сердце…» И мой ответ был: «Бери всё или ничего…»

кто что взял в итоге-то? как-то за красотой я и... того, не въехала... или они - обоюдно обменялись, как кольцами, как бы?


 
ЛиэнДата: Вторник, 2010-11-23, 09:38 | Сообщение # 4
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
ashatry_a, да, как кольцами. Один отдал своё сердце, а второй - всего себя smile

При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))
 
ЛиэнДата: Вторник, 2010-11-23, 09:39 | Сообщение # 5
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
1. Элегия двух одиночеств

…И стало больше некуда бежать —
Ведь мы уже над пропастью, у края.
Заря в туманном небе догорает,
В хрустальных каплях зелень так свежа…

И стало больше некого винить…
Быть может, мы, шагнувшие к барьеру,
Сумеем воскресить любовь и веру,
Которые не время хоронить?

Вкушая одиночество души,
Не отвергай любовь в порыве боли,
В агонии слабеющую волю
Сожми в кулак — и всё-таки… дыши!

Лепесток белый
Я переступаю порог Посольства, подавляя в себе желание как можно скорее достигнуть своего кабинета и уединиться в нём. Моя походка неспешна, хотя каждый шаг причиняет мне боль. Я чувствую на себе пренебрежительные взгляды работников Посольства. В силу занимаемого мною положения они вынуждены со мной считаться. Но даже эти люди осознают глубину моего падения, хоть я и держу свою голову высоко поднятой, как в прежние времена. А, может быть, они просто интуитивно чувствуют, что со мной происходит… Но я уже не в силах что-либо изменить. Остаётся лишь молча сносить насмешки и пренебрежение. Однако как бы ни вели себя по отношению ко мне работники Посольства и волонтёры, они неспособны причинить мне боль. Это — привилегия двух существ, одному из которых я в своё время дал жизнь, а другому — сломал. Я давно перешёл бы на другой уровень, но продолжаю жить, поскольку так угодно Сообществу, втайне надеясь, что однажды оно меня отпустит…
Какая-то молодая девушка с короткими золотистыми волосами приветствует меня, и я вижу в её глазах искреннюю доброжелательность. Наверное, новенькая — ещё не знает, что к чему. Я сдержанно отвечаю на её приветствие и продолжаю свой путь, несколько замедлив шаг.
— Лора, ты чего? — слышу я за спиной сдавленный смешок волонтёра из службы охраны, который сидел, уткнувшись в какой-то журнал, и никак не отреагировал на моё присутствие.
— Но это же тейлонец, — раздаётся в ответ мелодичный девичий голос, в котором отчётливо различимы нотки недоумения и возмущения.
— Расслабься. Это Да'ан — на него давно уже никто не обращает внимания.
Так начинается мой день… Не знаю, что ответила этому волонтёру золотоволосая девушка, да это и не имеет значения. В последнее время слишком многое утратило значение, в том числе и я сам…
Лиам Кинкейд, моя недремлющая совесть, неотступно следует за мной в кабинет. С недавних пор мы почти не разговариваем. «Я буду продолжать защищать тебя, — сказал он. — И не более того. Забудь о том, что когда-то мы были друзьями». Но я не могу об этом забыть, и он тоже, как бы ни хотелось ему убедить себя в обратном. Иногда мне хочется подойти к нему и сказать: «Прекрати мучить себя и меня, разве от этого кому-то становится легче?». Вот и сейчас я поднимаю глаза и заветные слова уже готовы сорваться с моих губ, но взгляд привычно натыкается на холодную стену обиды и презрения, и мои веки устало смежаются. Слишком много важных слов не было сказано вовремя, и теперь мой удел — молчание.
— Я в сад, — коротко бросаю я Лиаму, и он отвечает мне едва заметным кивком головы, не удостоив даже словом.
Сад встречает меня тишиной. В это солнечное росистое утро он дышит свежестью и полон жизни. Всюду царит покой — нет его только во мне. Мои пальцы касаются тонкого стебля едва распустившейся розы. Она — само совершенство, и в нежных изгибах её лепестков мне видится воплощение давно утраченной мною гармонии бытия. По крайней мере, я могу наслаждаться красотой природы — этого у меня никто не в силах отнять…
— Да'ан… — слышу я тихий голос и оборачиваюсь. Передо мной стоит та самая волонтёрка из службы охраны, которая поприветствовала меня в коридоре. Я устремляю на неё вопросительный взгляд. — Простите, что потревожила вас, но вы показались мне таким одиноким… Может быть, вам нужна помощь?
Помощь? Она предложила мне помощь? Когда волонтёрка — её зовут Лора, я запомнил — обратилась ко мне, голос этой девушки дрожал от волнения. Да, мне нужна помощь. Но я не могу её принять… Я вижу тепло во взгляде Лоры, и мне становится страшно. Все, кто дарил мне такие взгляды, или мертвы, или смотрят сквозь меня ледяными глазами, словно я для них давно уже умер. Нет, эта девочка слишком молода, чтобы страдать из-за столь ничтожного существа, которое само обрекло себя на одиночество. Я не вправе делить с кем бы то ни было свою ношу…
— Спасибо, я не нуждаюсь в помощи.
Мой ответ звучит равнодушно — ответить резко или надменно мне не хватает сил. Но происходит то, что лишает меня жалких остатков внутреннего равновесия.
— Мне так не кажется, — участливо улыбается девушка. — Думаю, мы ещё вернёмся к этому разговору.
Прежде, чем уйти, она легонько касается моей руки, даря мимолётное тепло, и упархивает, как бабочка. Я вздрагиваю и провожаю взглядом юное существо, которое протянуло мне руку, когда от меня отвернулись даже те, кто называл себя моими друзьями. И внутри меня зарождается странное предчувствие. Словно очень скоро должно произойти нечто такое, что навсегда изменит мою жизнь. Может, переход на другой уровень? Но я не испытываю страха — лишь усталость, даже не столько от жизни, сколько от себя. От своих тягостных раздумий, запоздалого раскаяния, непрестанных угрызений совести, невысказанных слов и… неразделённой нежности. Есть только одно существо, которое могло бы её со мной разделить, но оно навсегда для меня потеряно. Я заслуживаю то, что имею. Да будет так…

Лепесток алый
Скоро я снова увижу его. Иногда мне кажется, что весь смысл моей жизни заключается в этой мучительной пытке. С тех пор, как мой CVI в очередной раз вышел из строя, что мне удалось сохранить в тайне от всех, я окончательно потерял покой. Источник моего страдания — особенное существо, не являющее ни мужчиной, ни женщиной, столь притягательное в своей неповторимости. И хотя о Сподвижниках принято говорить «он», в моих сокровенных мыслях иногда появляется «она» — моя любовь. Моя ненависть. Моя тайна. Моя боль…
— Агент Сандовал, о чём задумались? — услышал я за спиной вкрадчиво-язвительный голос Зо'ора.
Порой мне кажется, будто он разгадал мой секрет. Однако когда я смотрю в его глаза, полные злорадного превосходства и надменности представителя «высшей расы», то понимаю, что ему нет дела до секретов какого-то импланта. Он — иного рода, чем причина моих сладостных мук. Хотя, казалось бы, они принадлежат одной расе. Но нет… Тот, чей взгляд выжег дотла мою душу, уникален, и я уверен, что во всей Вселенной нет ни одного создания, равного ему. Если бы я мог вырвать его образ из своего сердца… Но, наверное, проще вырвать само сердце…
— Агент Сандовал, я хочу, чтобы вы присутствовали при моей беседе с Североамериканским Сподвижником.
Тебе нужен свидетель твоего триумфа, и эту неблаговидную роль ты всякий раз отводишь мне. Но в те минуты, когда твоё торжество достигает апогея, я вижу, как на мгновение меркнет твой взгляд. Ты не можешь не осознавать — даже поверженный, он сильнее. Сильнее нас с тобой, вместе взятых. Его взгляд, предназначенный тебе, полон сочувствия, и это приводит тебя в ярость. Ты дорого заплатил бы, чтобы увидеть в этих глазах ненависть, которая стала бы для тебя оправданием, но нет — вожделенный миг не настанет никогда. Жаждешь увидеть его униженным, но опускаешь голову, не выдержав устремлённого на тебя кроткого и печального взора. Теперь я знаю твою тайну, Зо'ор — у тебя есть совесть…
Он вошёл бесшумно, как тень — мой демон в обличье ангела. Моя любовь прошествовала мимо меня походкой свергнутого правителя, восходящего на эшафот, удостоив лишь элегантно-небрежным приветствием.
— Агент Сандовал… — лёгкая улыбка тронула его губы, а во взгляде промелькнула едва уловимая тень насмешки, и я невольно сжался, ощущая себя жалким придворным шутом. Но я благодарен и за это сомнительное внимание. Моя память долго ещё будет хранить этот взгляд — вместе с другими мгновениями нашей иллюзорной близости.
Я поднял глаза, украдкой любуясь совершенным силуэтом, словно сотканным из ночного неба и серебристого лунного света. Моя скоротечная жизнь. Моя медленная смерть… И случилось невиданное — он оглянулся и наши взгляды встретились. Я почувствовал себя лишним, и моя неземная мечта ясно дала мне это понять. Меня охватило почти непреодолимое желание выбежать прочь, но страх навлечь на себя гнев Зо'ора и желание видеть Да'ана оказались сильнее. Наша безмолвная дуэль длилась немногим более минуты, и победа осталась за ним. Я не двинулся с места, и он мгновенно утратил ко мне всякий интерес. Я проиграл бы в любом случае — моё бегство, равно как и присутствие, нельзя истолковать иначе, кроме как проявление слабости. Но почему он безропотно сносит эту пытку? Почему?! И в те минуты, когда я безмолвно рыдаю от собственной беспомощности, находит в себе силы, чтобы продолжать эту бессмысленную игру…
— Зо'ор, предлагаю опустить традиционную обвинительную речь и сразу перейти к делу, — этот голос звучал негромко и вкрадчиво, словно шелест дождя. Он обволакивал и убаюкивал, но сквозь мягкий, ровный тон в нём отчётливо пробивались стальные нотки, как будто этот дождь был грозовым.
— Ты — ничтожество, позор великой тейлонской расы! — сорвался на крик Глава Синода, едва не утратив от возмущения искусственный фасад.
— Но ты же сам себе противоречишь. Разве ничтожество способно опозорить великую расу? Для позора мы с ней, как минимум, должны быть равны — по степени ничтожности или величия.
— Да'ан, что ты себе позволяешь? Между прочим, мы не одни!
— Я думал, у тебя нет секретов от агента Сандовала. Тебе есть, что сказать, не относящееся к моей персоне, или я могу возвращаться в Посольство?
— Убирайся! — яркие глаза Зо'ора потемнели от ненависти. Что ж, поделом тебе — сам напросился на щелчок по носу. А большего ты не заслуживаешь.
— Как скажешь…
Эта едва уловимая ирония в голосе, этот пленительный наклон головы лишают меня рассудка… В его взгляде не было торжества победителя — всё та же нежная печаль. Он вновь прошёл мимо меня, отстраняясь, как от прокажённого, и мною овладело одиночество, которое не выразить словами — словно время застыло в мёртвой точке. Что же ты со мной сделал? У меня есть только один выход — уничтожить тебя, стереть с лица Вселенной. А потом уйти самому, ибо даже мёртвый ты будешь продолжать жить во мне. Всё равно я не вырвусь живым из твоего плена.
Уходя, он вновь оглянулся, и по губам его скользнула знакомая улыбка. Мне показалось, в моём взгляде этот обворожительный инквизитор прочёл приговор и всё понял. Его улыбка была сродни брошенной перчатке, и я принял вызов…


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))
 
ЭлуэДата: Вторник, 2010-11-23, 17:55 | Сообщение # 6
Защитник
Группа: Пользователи
Сообщений: 120
Статус: Offline
Стихи очень красивые и задумка тоже smile Пролог и повествование от лица Да'ана мне нравятся.
Но - маленький тапочек: повествование от лица Сандовала написано слишком по-женски, и по стилистике, и по описываемым чувствам. поэтому в него не верится как-то... ну или представляется утончённый чувствительный юноша 15 лет. ИМХО, надо с этим что-то делать, иначе между Да'аном и Сандовалом в восприятии вообще нет никакой разницы.
 
ashatry_aДата: Вторник, 2010-11-23, 17:57 | Сообщение # 7
Сподвижник
Группа: Пользователи
Сообщений: 819
Статус: Offline
Quote (Лиэн)
Ты дорого заплатил бы, чтобы увидеть в этих глазах ненависть, которая стала бы для тебя оправданием, но нет — вожделенный миг не настанет никогда.

Не в бровь, а в глаз. Можно даже на какую-нибудь доску изречений, посвященных сему персонажу, ибо очень точная характеристика для нашего Дааныча (и, надо сказать, не первая!).
Quote (Лиэн)
Теперь я знаю твою тайну, Зо'ор — у тебя есть совесть…

внизапна!! happy видимо, только по отношению к родителю

да уж. чувственно - это мягко сказано О_О. shock :shock: respect

Отчего же Даана так в Посольстве... э-э-э... шпыняют и игнорируют? все-таки тейлон, чего бы не натворил - остается высшим существом. Интригующе happy




Сообщение отредактировал ashatry_a - Вторник, 2010-11-23, 17:58
 
ЛиэнДата: Вторник, 2010-11-23, 18:12 | Сообщение # 8
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
Элуэ, тапочек принят - будем что-то решать wink
Пыталась подать "блюдо" под соусом романтично-анимешной эстетики biggrin

ashatry_a, может быть, он сам себя так поставил? wink
А Зо'ор мне увиделся именно таким...

Спасибо за отзывы! flower


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))

Сообщение отредактировал Лиэн - Вторник, 2010-11-23, 18:16
 
ashatry_aДата: Вторник, 2010-11-23, 18:16 | Сообщение # 9
Сподвижник
Группа: Пользователи
Сообщений: 819
Статус: Offline
Quote (Лиэн)
может быть, он сам себя так поставил?

Хос-споди... это что же надо делать с собой, чтобы к тебе какие-то волонтеришки так относились? О_о


 
ЛиэнДата: Вторник, 2010-11-23, 18:20 | Сообщение # 10
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
ashatry_a, загнать себя под плинтус - как вариант smile
Но Да'ан у нас сильный товарищ - он всегда найдёт в себе силы подняться, если сам того захочет wink


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))
 
ashatry_aДата: Вторник, 2010-11-23, 19:07 | Сообщение # 11
Сподвижник
Группа: Пользователи
Сообщений: 819
Статус: Offline
Ключевые слова здесь - "если сам того захочет " )) Горе от ума, блин! smile

 
ЛиэнДата: Вторник, 2010-11-23, 19:08 | Сообщение # 12
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
Quote (ashatry_a)
Горе от ума, блин!
- именно так smile


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))
 
ЛиэнДата: Четверг, 2010-11-25, 09:37 | Сообщение # 13
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
Лепесток белый
Что ты делаешь со мной Зо'ор, дитя моё? Что ты делаешь с собой и со всеми нами? Вопрос риторический, и я даже не спрашиваю, за что. Ибо знаю, что получаю по заслугам. Я сам погубил тебя — своим всепрощением, которое было сродни равнодушию. Наверное, сейчас и крисс не помог бы мне обрести покой — пусть даже кратковременный и иллюзорный. Крисс… Это нездоровое пристрастие осталось в прошлом. В настоящем — только беспощадная реальность. И в ней больше нет ни Уильяма Буна, ни Лили Маркетт. И даже Лиам Кинкейд больше не относится ко мне, как к своему другу. Я знаю, что такое подлинное одиночество — это когда ты становишься в тягость даже самому себе.
Когда Зо'ор в очередной раз вызвал меня к себе, душа моя болезненно сжалась в предчувствии пытки, которая, впрочем, с каждым разом даётся мне всё легче. Боль никуда не исчезает — она лишь притупляется, и становится возможным с ней жить. Я всегда находил повод жить дальше, и продолжаю находить его сейчас. Но, возможно, скоро судьба избавит меня от такой необходимости. Покидая личные покои Главы Синода, я прочёл в глазах его Защитника приговор. По моим губам скользнула улыбка. Что ж, ты достоин того, чтобы принять смерть от твоей руки, хотя когда-то всё могло быть иначе. Когда-то вообще было возможно многое — но не сейчас… Услужливая память уносит меня в те далёкие дни, когда душа моя была чиста. Жаль, что эксперимент с имплантацией человеческих эмоций прошёл неудачно. Мне бы иметь хоть такую возможность выпустить наружу мою боль, но, похоже, ей суждено будет умереть вместе со мной.
— Ма'эл, я туда не пойду — там чудовища…
— Да'ан, успокойся, там пусто. Смотри — нет никаких чудовищ. Ты слишком впечатлителен — больше не буду рассказывать тебе такие сказки.
— Это не сказки. Чудовища есть — из-за них мой родитель перешёл на другой уровень. Учитель, когда я вырасту, то буду бороться с чудовищами — чтобы больше никто не переходил на другой уровень раньше, чем придёт его срок.
— В чём-то ты прав — самые страшные чудовища обитают среди нас… Многие пытались с ними бороться и заканчивали тем, что сами становились чудовищами.
— Я не стану — вот увидишь!

Ма'эл, если бы ты мог видеть сейчас своего ученика, то был бы разочарован. Увы, я стал таким чудовищем, и многие по моей вине перешли на другой уровень раньше срока…
— Да'ан, почему ты позволяешь ему так поступать с тобой? — слышу я за спиной голос Лиама Кинкейда. — Неужели, у тебя не осталось ни капли гордости?
— Лиам, тебя беспокоит моя участь?
Два взгляда встречаются, и он опускает глаза.
— Мне всё равно.
Нет, Лиам, тебе не всё равно. Об этом говорит взгляд, который ты так настойчиво прячешь, и голос, отказывающийся повиноваться тебе — сквозь твой притворно бесстрастный тон прорываются нотки сочувствия. Спасибо… Это гораздо больше, чем я заслуживаю. А теперь в сад — туда, где спасительная тишина создаёт иллюзию покоя. Здесь мы когда-то гуляли с Уильямом, и в иные моменты мне начинало казаться, что надежда есть. Но он ушёл и забрал с собой эту надежду. А я превратился в жалкое подобие того, кого он знал. Кому поверил. Следовательно, я его обманул — почти предал, как всегда предавал тех, кто был мне дорог…
— Да'ан…
Я невольно вздрагиваю. Снова эта золотоволосая девушка, похожая на существо из человеческой мифологии — их называют ангелами. Насколько я понял, они призваны оберегать… Я уже узнал её полное имя — Лора Флай. Подходящее имя для ангела, которых изображают крылатыми, а значит, способными летать.
— Что вам угодно, мисс Флай? — мой голос звучит ровно. Кажется, я против воли вновь затеваю прежнюю игру. Остановись, Да'ан — пока ещё ты окончательно не утратил право хоть немного себя уважать.
— Я хотела бы поговорить с вами, — щёки девушки розовеют от смущения.
— Говорите, — наши взгляды встречаются, но она не опускает глаза, и они по-прежнему полны тепла.
— Не обращайте внимания на Тима и других волонтёров. Они сами не ведают, что творят.
— С чего вы взяли, что поведение волонтёров меня каким-то образом задевает?
— Я же не слепая. Такое не может не задевать. Я… хотела бы попросить у вас прощения.
— За что? — с удивлением смотрю на неё я. — Вы ни в чём передо мной не провинились.
— За то, что не поставила Тима на место. Вы не заслуживаете такого обращения.
— Почему вы так в этом уверены? Вы же совершенно не знаете меня, а внешность может быть обманчивой.
— Ни одно живое существо, будь оно последним преступником, не заслуживает такого обращения, — горячо возражает мне девушка, и щёки её вновь розовеют — на этот раз от возбуждения, а в глазах появляется лихорадочный блеск искренней убеждённости в своей правоте. Знала бы ты, Лора Флай, что этот разговор причиняет мне больше боли, чем поведение какого-то Тима…
— Это всё, о чём вы хотели со мной поговорить?
— Пока всё, — кивает Лора. — Простите, что побеспокоила вас. Знайте — не все такие, как Тим Эванс. Многие сотрудники Посольства вас любят и уважают. Они переживают за вас, потому что чувствуют — с вами творится что-то неладное, но не решаются предложить свою помощь. Да'ан… Вы вправе держать это в себе, но знайте: в этих стенах есть те, кому вы небезразличны.
— Спасибо вам, Лора Флай.
Я изображаю приветственный жест и прикрываю глаза, давая понять, что наш разговор окончен. Почему ты не появилась раньше? Нет, не так. Какое счастье для тебя, что ты не появилась раньше, ибо мне свойственно уничтожать всё, к чему я прикасаюсь... Я сам виноват в том, что даже люди шарахаются от меня, как от прокажённого. Причина — в моём навязчивом самоуничижении, которое я невольно проецирую на вешний мир. И он отвечает мне — пренебрежительным отношением окружающих, вступая в резонанс с моим внутренним настроем. Но я давно махнул на всё рукой и не могу собраться с силами, чтобы встряхнуться — это говорит во мне многовековая усталость…
Солнце скоро начнёт клониться к закату. Все бумаги разобраны, данные обработаны. В моём рабочем кабинете царит идеальный порядок. Пожалуй, мне следует сегодня вернуться на Носитель. Судьба не любит, когда её искушают, но мне не впервой приближать неизбежное — я знаю, в каких случаях моя слабость становится силой…

Лепесток алый
Наконец-то я решился. Сегодня он навсегда исчезнет из моей жизни. А следом исчезну и я — просто из жизни. И, быть может, наконец-то обрету свободу. Я становлюсь противен самому себе при мысли, что мне предстоит собственноручно отправить на другой уровень — так они это называют — самое прекрасное существо во Вселенной. И, несомненно, самое опасное. Они не знали тебя, Да'ан, так, как знаю я — даже Уильям Бун. Но, узнав о тебе всю правду, я продолжал тебя любить. Превращаясь по твоей милости в бездушное чудовище, я продолжал тебя любить. Желая тебе смерти, я продолжал тебя любить…
Этот выскочка Зо'ор не стоит и одной твоей энерголинии. Однако его ты любишь, а на меня никогда не посмотришь тем нежно-печальным взглядом, который неизменно адресуешь ему. И всё же я продолжаю украдкой перехватывать эти взгляды, словно воруя их у Главы Синода, и тешу себя иллюзией, что в действительности они предназначены именно мне.
Я вторгся в покои Североамериканского Сподвижника без разрешения, зная, что мне нечего терять. Он восседал в своём кресле, как на троне — с таким видом, словно был готов к моему визиту. Царственное приветствие, грациозный кивок, взгляд, лишённый страха — на мгновение мне даже показалось, будто Да'ан посмотрел на меня с любопытством. И… спокойствие, сравнимое лишь с невозмутимостью смертника. Неужели, всё-таки догадался о моих намерениях? Нет, вряд ли. Скорее всего, играет в свои обычные игры. Что ж, наслаждайся последним выходом — тебе достался внимательный зритель. Можешь даже рассчитывать на аплодисменты — не будет только вызова на бис.
— Агент Сандовал… — мне показалось, или в его голосе прозвучала едва уловимая издёвка? Но выглядел он уверенно, словно чувствовал себя хозяином положения. — Наверняка, вы уже нашли способ, как погрузить меня в бессознательное состояние. Не трудитесь — я готов последовать за вами. Хочу как можно дольше оставаться в сознании. У меня ведь есть право на последнюю волю, не так ли?
Я с трудом овладел собой — на мгновение мне показалось, будто твёрдая опора ускользнула у меня из-под ног. Он даже здесь умудрился перехватить инициативу и навязать мне свою игру, и я не мог скрыть своего восхищения, мысленно склоняя голову перед поразительным талантом тейлонского дипломата обращать в изящную интригу даже собственную смерть. Что ж, ты сыграешь в этой партии первую скрипку — Бог с тобой или, скорее, чёрт…
— Куда вы готовы последовать за мной? — в этот миг я готов был отказаться от своего намерения, если бы Североамериканский Сподвижник первым сделал шаг назад. Но нет — он уже мчался во весь опор навстречу собственной смерти.
— Куда вам будет угодно, — равнодушно произнёс тейлонец. Его изящная рука вспорхнула над подлокотником кресла, исполнив в воздухе замысловатый танец, и замерла на уровне груди. Он поднялся и шагнул навстречу мне, словно наслаждаясь произведённым эффектом. Меня вдруг охватил злой азарт.
— Предоставляю вам право выбора, Да'ан — возможно, вы предпочтёте в последний миг увидеть перед глазами красивый пейзаж.
— Хорошо, пусть будет по-вашему, — величественно повёл головой он, проходя вперёд — так, что я оказался у него за спиной. — В ангар?
Он обернулся, вопросительно глядя на меня, и я с трудом нашёл в себе силы, чтобы молча кивнуть. Боже, что я делаю? Да'ан, останови меня — пока не поздно!.. Однако он, вероятно, счёл, что уже поздно. Когда тейлонец проходил мимо, наши взгляды встретились, и я увидел в небесно-голубых глазах такую усталость, что сердце моё невольно сжалось. Глядя на его хрупкий силуэт, я чувствовал себя последней скотиной. Но в моей памяти вдруг всплыли события последних лет, и вновь ледяная ненависть захлестнула меня. Я мысленно твердил, как заклинание, что под этой прекрасной оболочкой таится зло, сравнимое лишь с тем, что я несу в себе, и оно должно быть уничтожено…
Да'ан первым сел в шаттл, заняв кресло пилота.
— Можно? — улыбнулся он. — Помню, в юности мне нравилось это делать… Я уже ввёл координаты.
— И куда же мы летим, если не секрет? — с моих губ едва не сорвался истерический смех. Чёрт возьми, кто же из нас в действительности палач, а кто — осуждённый на смерть?
— Увидите. Надеюсь, декорации вас не разочаруют.
Интересно, ответом на какой вопрос было это «Увидите» — на мысленный или на тот, что был озвучен? Ни в одном живом существе я не видел такой отчаянной храбрости — граничащей с безумием. Да'ан, посмотри, до чего ты довёл меня и себя! Я уже готов был броситься перед ним на колени и умолять о пощаде, но увидел на его бледных губах улыбку — не зловещую, напротив, умиротворённую, и мне отчаянно захотелось его ударить. Даже пришлось перехватить свою руку и сжать её до боли, чтобы подавить в себе этот порыв. Кажется, от тейлонца не ускользнул этот жест, и во взгляде его отобразилось насмешливое сочувствие. Дьявол! Ненавижу тебя! Люблю…


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))
 
EsperaДата: Четверг, 2010-11-25, 16:52 | Сообщение # 14
Аватар
Группа: Пользователи
Сообщений: 280
Статус: Offline
Ну... Э... eek shock НИЧЕГО СЕБЕ!!!!!!! ( попыталась выбраться из-под шквала эмоций и сформулировать более-менее вменяемый комментарий) Лиэн, тебе бы любовные романы писать!!!! respect Такой талант пропадает! flower hands
Только есть один минус. Согласна с Элуэ: Сандовал больше похож на экзальтированную молодую девушку, чем на того агента ФБР, которого мы все знаем и любим. Я, конечно, понимаю, что автор может интерпретировать персонаж как хочет, но все хорошо, что в меру.
А так - великолепно! Лиэн, серьезно, напиши любовный роман, станет бестселлером. Большие деньги заработаешь! rolleyes
 
ashatry_aДата: Четверг, 2010-11-25, 20:48 | Сообщение # 15
Сподвижник
Группа: Пользователи
Сообщений: 819
Статус: Offline
Да уж, ни фига себе! Не по-детски так прохватывает. eek прямо даже и не знаю - сложно отойти от впечатления. а вроде бы и отрывочек всего ничего...
И, кстати, я не согласна, что Сандаль тут - как экзальтированная девушка! Да даже если как девушка - часто ли вы, дорогие мои, видели Даана, способного на самоубийство? Этот эгоист даже под криссом хотел жить, даже в минуты самоуничижения или опасности - хотел жить. Первая и последняя попытка самоубийства была пресечена Буном, и после этого Даанчик завязал с сией нехорошей привычкой. Из всего вышесказанного следует, что характеры и поступки двух этих персонажей определяет стиль и характер произведения - а он очень экспрессивный, так что на общем фоне экзальтированный Сандаль не сильно выделяется!

Quote (Лиэн)
Многие пытались с ними бороться и заканчивали тем, что сами становились чудовищами

внезапно Ницше?
(да-да-да, я всегда подозревала, что этот перец не был человеком! хорошо законспирировался Маэл, ничего не скажешь, а уж сохранился-то как! smile )
Quote (Лиэн)
Я мысленно твердил, как заклинание, что под этой прекрасной оболочкой таится зло, сравнимое лишь с тем, что я несу в себе, и оно должно быть уничтожено…

еще один борец с чудовищами нашелся... закончит также, как и первый cool
ждем-с. продолжения ждем-с




Сообщение отредактировал ashatry_a - Четверг, 2010-11-25, 20:49
 
ЛиэнДата: Пятница, 2010-11-26, 10:45 | Сообщение # 16
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
Espera, душа просила шквала эмоций smile Не уверена, что любовный роман в его современном понимании - мой жанр. У меня, как правило, сюжеты не отличаются динамичностью - я больше люблю "анатомировать" отношения.

ashatry_a, Ницше показался весьма к месту smile ЗПК под соусом экспрессии - блюдо на любителя. Рада, что находятся читатели flower


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))
 
ЛиэнДата: Пятница, 2010-11-26, 10:45 | Сообщение # 17
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
Лепесток белый
Я виноват перед тобой, Рональд Сандовал — так, что эту вину уже ничем не искупить. Но и ты виноват передо мной, хотя в несравнимо меньшей степени. Ты пытался уничтожить лишь моё тело. Я — твою душу. Пока я живу, эта вина будет жить со мной. С ней мне суждено будет перейти и на другой уровень. Скоро твои мучения закончатся. Однако сначала тебя ждёт последнее испытание. Ты скрупулезно подготовился к этому визиту, однако и я был готов оказать тебе достойный приём. Ты жаждешь моей смерти. Если бы я находился без сознания, твоя рука едва ли дрогнула бы. Но нет. Я хочу, чтобы в миг свершения возмездия наши взгляды встретились, иначе всё это тщательно подготовленное действо утратит весь свой трагизм, свой высший смысл, обратившись в фарс. Я — зло, и ты об этом знаешь, Рональд Сандовал. Но пытка, которой я намерен тебя подвергнуть, будет лишь прелюдией. Тебе не придётся меня убивать. Я всё сделаю сам — быть может, это хоть немного уменьшит долю моей вины перед тобой. Таким будет мой прощальный подарок тому, кто сумел стать мне достойным врагом, а это даже сложнее, чем быть хорошим другом…
Я смотрю на звёзды, и они вновь пробуждают во мне воспоминания — светлые и вместе с тем тягостные, ибо я знаю — этот свет утерян для меня безвозвратно.
— О чём задумался, Да'ан?
— О том, что где-то среди этих звёзд есть жизнь… Ма'эл, когда я вырасту, то буду много путешествовать. Хочу увидеть другие планеты и тех, кто на них обитает. Я расскажу им о моей расе — быть может, они помогут нам спастись.
— Ты — мечтатель, дитя моё. Когда ты вырастешь, то поймёшь, что иные миры таят в себе много неведомого и подчас враждебного.
— Но, несмотря на это, они манят тебя, учитель. Я же вижу, какими глазами смотришь на звёздное небо ты сам.
— Твоя наблюдательность достойна восхищения — из тебя может получиться хороший политик.
— Политик? Может быть, но сначала мне хотелось бы стать военным.
— Хочешь отомстить за смерть твоего родителя? Месть — неблагородное дело…
— Хочу понять, из-за чего разумные существа воюют. Тогда мы сможем найти ответ на вопрос, как избежать этих войн…

Я предал свои детские мечты, Ма'эл. Вторгаясь в чужие миры, я нёс с собой смерть. И вместо того, чтобы предотвращать войны, развязывал их. Предать кого-то — поступок, достойный осуждения. Предать самого себя — крайняя степень морального падения, ниже уже просто некуда…
— Куда же мы всё-таки летим? — в голосе Рональда Сандовала я различил нотки тревоги. Это произошло даже раньше, чем я рассчитывал. Будем надеяться, в остальном он меня не разочарует.
— Это имеет для вас большое значение? Какая вам разница, в каком уголке Солнечной системы будет поставлена точка? Вернее, запятая, поскольку моя смерть не станет ни развязкой этой истории, ни даже её кульминацией.
Он промолчал. Я чувствовал, что агент Сандовал уже готов отступить, но бороться за жизнь не входило в мои планы. Рональд Сандовал, ты думаешь, что умрёшь вместе со мной? Такой исход был бы для тебя весьма удобным. Однако ты слишком привязан к этому миру, чтобы последовать за мной. Я знаю, что тебя ждёт, и эта участь достойна сожаления. Ты продолжишь исполнять прихоти Зо'ора, с каждым днём испытывая к нему всё большую ненависть, и ждать удобного момента, чтобы избавиться от него. Будешь работать на Сопротивление, одновременно предавая и людей, и тейлонцев, и — что самое горькое — самого себя, в чём мы с тобой похожи. И так будет продолжаться до тех пор, пока некая банальная случайность не положит конец твоим мучениям. Мне жаль тебя, Рональд Сандовал. Ты заслуживаешь более эффектного финала…
Впереди показался Юпитер — словно кровавое пятно на звёздном небе. Мы стремительно приближались секретной базе, сооружённой на одном из спутников этой планеты — на случай войны. Это была даже не база, а скорее сторожевой пост. Я точно знал, что сейчас она пуста.
— Почему именно это место? — нарушил молчание Рональд, удивленный моим выбором.
— Оно вам не нравится? Жаль… Юпитер был верховным божеством древних римлян. Но оно не спасло их империю от гибели. Символично, вы не находите?
— Да'ан… — он всего лишь произнёс моё имя, но в его голосе мне почудилась мольба. — Давайте, вернёмся обратно на Носитель.
— Поздно, — покачал головой я. — Что с вами, агент Сандовал? Вы ведь сами жаждали моей смерти. Мечты сбываются, и я лишь помогаю вам воплотить их в жизнь…
— Я хотел вовсе не этого! — в отчаянии воскликнул он.
— А чего же вы хотели, Рональд Сандовал? — пристально взглянул на него я, не давая возможности отвести взгляд.

Лепесток алый
На меня в упор смотрели небесно-голубые глаза кристальной чистоты, и под этим взором — одновременно кротким и властным — моё самообладание таяло, как весенний снег. Дёрнула же меня нелёгкая с тобой связаться! Можно сказать, угодил в собственную ловушку, и поделом мне. Я готов был провалиться сквозь землю, но под ногами у меня был гладкий твёрдый пол, который не проявлял признаков неустойчивости.
— А чего же вы хотели, Рональд Сандовал? — тихо спросил он, склонив голову.
Может, имеет смысл во всём признаться? Рассказать ему, какие мечты я тайно носил в себе все эти годы? Нет, едва ли он способен меня понять…
— Почему вы молчите? — настойчиво продолжил тейлонец. Теперь мы окончательно поменялись ролями, и из жертвы Североамериканский Сподвижник превратился в палача, утончённого и безжалостного. — Самое время поговорить. Нам больше некуда спешить. И бежать тоже некуда. Посмотрите вон в то панорамное окно — не правда ли, величественное зрелище?
Я невольно вздрогнул — прямо перед нами висел Юпитер, загораживая звёздное небо, словно занавес цвета крови и смерти. Зрелище показалось мне скорее зловещим, хотя оно было не лишено величия. Да'ан приблизился ко мне почти вплотную. Я мог различить нежные голубоватые прожилки на бледной, слегка светящейся в полумраке коже. Он был прекрасен — даже сейчас, в ожидании смерти. Нет, моя рука не поднимется на это существо — скорее, погибну я сам, чем лишу его жизни.
— Рональд Сандовал, прекратите изображать агента Сопротивления на допросе, — неожиданно жёстко произнёс тейлонец. — Я задал вам вопрос. Так чего же вы хотели, если не моей смерти?
Он подошёл так близко, что мы почти соприкоснулись. И в этот миг я словно лишился рассудка. Повинуясь какому-то болезненному порыву, я вдруг оттолкнул от себя тейлонца. Он отлетел в дальний угол — его легкое тело не смогло сохранить равновесие. Господи, как я мог докатиться до такого, чтобы поднять руку на Да'ана? Моя рука всё ещё хранила на себе шелковистую прохладу, и я ненавидел себя за содеянное, но ничего уже нельзя было исправить. Он приподнялся, глядя на меня с удивлением, но без обиды.
— Да'ан, простите меня… — я подошёл к нему, протягивая руку, чтобы помочь подняться с пола, однако тейлонец не шелохнулся. Когда я стоял над ним, он выглядел таким хрупким и беззащитным, но я знал, что это впечатление обманчиво.
— Сначала ответьте на мой вопрос, — мне показалось, что в глазах Да'ана сверкнули озорные искры. Чёрт побери, да он дразнит меня, играет со мной, как кошка с мышью! — Вы же не хотите, чтобы я ответил за вас?
— Что вы можете об этом знать! — невольно вырвалось у меня.
— О чём, Рональд Сандовал? — голубые глаза тейлонца вновь блеснули, и в этот момент он выглядел очень женственно. Даже лёжа на полу, Да'ан умудрился принять непринуждённо-изящную позу, которая подчёркивала волнующие изгибы его стройного тела.
— О любви… — тихо произнёс я и тотчас же пожалел о сказанном. Теперь мне не вырваться из цепких лапок этого грациозного хищника, бесспорно, осознающего собственную привлекательность и самым бессовестным образом ею пользующегося.
— Почему вы думаете, что мне незнакомо это чувство? — вкрадчиво произнёс Да'ан, устраиваясь поудобнее и не изъявляя желания подняться на ноги. Глядя на него сверху вниз, я чувствовал себя неловко и не нашёл ничего лучше, кроме как сесть на пол с ним рядом. Получилось ещё хуже — наши глаза оказались на одном уровне, и теперь я при всём желании не смог бы спрятаться от его проницательного взгляда, который как будто имел гипнотическое действие. Следует признать — он загнал меня в угол. Вернее, я сам себя в него загнал.
— Вы — тейлонец, — ответил я, чувствуя, что данный аргумент звучит не слишком убедительно.
— Вы считаете, что привязанности подобного рода — привилегия людей?
— Привязанности… — горько усмехнулся я. Вот как он назвал эту сладостную муку, эту нежность на грани агонии, это море невыплаканных слёз…
— Согласен, это слово неточно передаёт характер данных отношений, — кивнул Да'ан. — Но язык людей слишком несовершенен. Он не позволяет дать точные определения даже тем вещам и явлениям, которым вы придаёте наибольшее значение.
— В вашем языке вообще нет такого слова, — возразил я.
— Зачем оно нам? Вы же утверждаете, что тейлонцы неспособны испытывать любовь, — он взглянул на меня из-под полуопущенных век, и в этот мимолётном взгляде сквозило даже некоторое кокетство.
Я почувствовал, как по моему телу пробежала мелкая дрожь. Пожалуй, этот андрогин мог бы заткнуть за пояс в искусстве обольщения даже самую искушённую соблазнительницу. У меня вырвался нервный смешок, когда я представил себе, как мы выглядим со стороны, и осознал всю нелепость своего положения. К счастью, Да'ан предпочёл разыгрывать свою комедию без зрителей. Впрочем, для кого комедия, а для кого и драма с элементами трагедии. Но кто, как не я сам, это всё затеял?.. А теперь поздно — занавес уже поднят. Он прав — бежать некуда, да и спешить тоже. Я обхватил руками колени и прикрыл глаза, собираясь с силами перед новым раундом этого мучительного поединка…


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))

Сообщение отредактировал Лиэн - Пятница, 2010-11-26, 13:39
 
ashatry_aДата: Пятница, 2010-11-26, 15:12 | Сообщение # 18
Сподвижник
Группа: Пользователи
Сообщений: 819
Статус: Offline
Quote (Лиэн)
И так будет продолжаться до тех пор, пока некая банальная случайность не положит конец твоим мучениям. Мне жаль тебя, Рональд Сандовал. Ты заслуживаешь более эффектного финала…

cry cry cry cry Даан, однако, Ванга!
Сандалика мне жалко. Мучится, бедный, как школьник. И Даан тоже хорош, садюга. Что не съем - то понадкусываю... Говорю же - не хочет он помирать, позер! :)))
А если серьезно - правда очень, очень жаль Сандовала. А вот Даан уже начинает раздражать своей "собойностью"


 
ЛиэнДата: Пятница, 2010-11-26, 15:21 | Сообщение # 19
Представитель синода
Группа: Пользователи
Сообщений: 1233
Статус: Offline
ashatry_a, спасибо тебе за отзыв и порцию вдохновения!
Значит, у меня получился именно тот эффект, которого я и добивалась smile


При помощи Ша'бры и шакаравы можно сделать больше, чем при помощи лома и такой-то матери))
 
EsperaДата: Суббота, 2010-11-27, 11:59 | Сообщение # 20
Аватар
Группа: Пользователи
Сообщений: 280
Статус: Offline
Да, Даан заслуживает хорошего пинка под зад! angry
 
Форум » Фантворчество » Литературное творчество » Возьми моё сердце... (О жизни, какой она иногда бывает...)
  • Страница 1 из 8
  • 1
  • 2
  • 3
  • 7
  • 8
  • »
Поиск:


Авторские права на дизайн, оригинальные тексты и переводы, а также на подбор и расположение материалов
принадлежат «Прибежищу тейлонов» Все права защищены и охраняются законом. © 2004-2007