Главная страница
Регистрация
Вход

Суббота, 2017-11-25, 03:22
Приветствую Вас Исследователь
Прибежище тейлонов

Меню сайта


Категории каталога

U [14]
Для всех возрастных групп
12 [31]
Не младше 12
15 [16]
Не младше 15
18 [3]
Не младше 18
21 [0]
Для взрослых
Стихи [2]

Поиск по каталогу


Форма входа


Начало » Фанфики по рейтингу » U

История одного фэндома

  • Название:

  • История одного фэндома
  • Авторы:

  • Кукарача
  • Редактор:

  • #
  • Рейтинг:

  • U


Автор должен доверять своей музе, даже если она припадочная и хромая... Г. Кук

НАЧАЛО

Да’ан стоял у командного пункта, не торопясь заходить внутрь. Он слышал, как в рубке, где возились сейчас молодые волонтеры из числа подсобных рабочих, кипят бурные эмоции. Да’ан не любил конфликтов, и лучшим решением было бы пресечь скандал на корню, но… Как истинный дипломат, Да’ан ценил ораторское искусство, и прервать цветистый словесный поток было выше его сил.
Аудиодрама звучала на два голоса.
- Дебил, хренли ты сделал?! Ты чуть комп не закоротил, придурок! - грозно рявкнуло нежное девичье сопрано, после чего раздался звук, с каким в сердцах пинают мебель. - Убери свои паскудные культяпки от терминала и дуй лес валить, если ты хоть на это способен!
- Да я отладить хотел… - слегка виновато, но в то же время вызывающе ответил ломающийся юношеский басок.
- Лучше бы ты реактор монтировкой отлаживал, меньше было бы ущерба!
Вредитель… Чтоб тебе всю жизнь Да’ановой стряпней питаться, чтоб ты у Сподвижников парикмахером работал!
- Да-а?! - задохнулся от возмущения юноша. - Ты, значит, тут самая умная?! Да твой имплантат мог бы захватить вселенную, если бы ему не мешал твой мозг! Да чтоб у тебя шакарава проросла в одном месте!
- Чтоб тебя МитГаи заформалинил как образец микроцефала в последней стадии! - парировала языкастая девица.
- Чтоб тебя Санди каждое утро скриллом в пузо будил!
- Чтоб ты сам в себя телепортировался, турецкий сыч!
- Чтоб тебя скрестили с панголином, зоофилка!
- Ах, так!!! - на миг девичий голосок перешел на высочайшие частоты, граничащие с ультразвуком. - Да чтоб тебя в паспорте средним родом записали, аномальный кривоблуд!
- Чтоб ты в тейлонской молодежной комедии снималась в роли мусорного бачка, дурилка спамерская!
Вот чего Сподвижник никак не мог постичь в людях, - зачем некоторые из них раздувают мелкую проблему до трагедии вселенских масштабов. Наверное, ради самого процесса перебранки.
- Да чтоб ты размножался только почкованием, сифозный дармоед! - продолжала между тем невидимая девица.
- Чтоб ты три дня и три ночи через гиперскакалку гиперпрыгала! - не растерялся парень.
- Чтоб ты Да’ану рекламу прокладок объяснял!
- Чтоб ты на «МиГе-первом» против шатлов на скорость состязалась!
- Чтоб тебе форму на складе выдали розовую! С цветочками под хохлому!!!
- Чтоб ты в джаридианском конкурсе красоты победила, зараза!!!
Похоже, последнюю фразу говорить не следовало. Девица пришла в крайнюю ярость:
- Вот, значит, как?! Да чтоб ты со всем синодом на нудистском пляже отдыхал!!!
- Да чтоб ты «Войну и мир» тейлонским транслитом вручную переписывала!
- Да чтоб ты с Земли на носитель витуху тянул!!!
- Чтоб тебя даже Да’ан признал тупиком эволюции!
- Чтоб тебе на си-ви-ай со спутника круглые сутки «Санта Барбару» транслировали!!!
- Да чтоб Ттан навсегда к тебе домой переселился!!!!
- Да чтоб за тебя Зо’ор согласился замуж выйти!!!
- Да чтоб ты свои итальянские арии только на юноа шипела!!!
- Чтоб тебя Авгур с молотка за полбакса купил!!!
- Чтоб ты отдыхала только в стазисе!!!
- Чтоб у тебя в гипере руки узлом за спиной завязались!!!
- ДА ЧТОБ ТВОИ ПЕЙРИНГИ ВСЕМ СООБЩЕСТВОМ ЧИТАЛИ! ВСЛУХ!! И ЧТОБ ЗО’ОР ОШИБКИ ИСПРАВЛЯЛ И КОММЕНТИРОВАЛ!!!
- Что ты сказал? - неожиданно спокойно, без тени угрозы произнесла девушка.
Парень повторил.
В следующий миг раздался глухой короткий удар, крик боли - и Да’ан предпочел вмешаться. В рубке он увидел долговязого и тощего юношу, в позе эмбриона корчившегося на полу, и маленькую полноватую девушку, готовившуюся к новому удару ногой, причем метила она туда, куда в боксе бить запрещено.
- Спокойно! - Да’ан встал между ними, разведя руки в стороны. Как там у них положено говорить в таких ситуациях?.. - Брэк. В чем причина ссоры?
Девушка мигом стушевалась. Да’ан вспомнил, что ее зовут Дженни, что она буквально боготворит Зо’ора, а остальных тейлонов почему-то боится до истерики. Еще эта девушка любила земные единоборства и все время кого-то била ногой. Если что-то было не по ней - она била ногой. Если ей делали резкое замечание - она била ногой. Ее можно было сажать на гауптвахту, ссылать на Землю, читать нотации, применять любые санкции вплоть до телесных наказаний, но стоило кому-то из людей сказать что-то не то - она подпрыгивала и била ногой. Да’ан считал ее сложным случаем и все еще надеялся исправить.
- Дура, - выплюнул Рик (как звали парня), поднимаясь на ноги. - Из-за какой-то фигни истерику устроила.
Девушка побагровела, глаза ее подозрительно влажно заблестели, и она пулей вылетела с командного пункта.
- Вы неправы, - мягко произнес Да’ан. - Вы сами виноваты не меньше. Ведь ваши действия послужили причиной конфликта, а вы не только не пожелали этого признать, но и позволили себе возмутительную грубость. Последнее замечание… а кстати, что такое пейринги? - неожиданно закончил он.
- Эмм… - Рик оказался буквально выбит из колеи. - Ну… это… Это такая форма литературного произведения, - нашелся он наконец.
- Какого плана произведение?
- Романтического… да. В основном, романтического.
- Удивительно… Никогда не слышал ни о чем подобном, хотя прочел немало земных книг. Но вы упомянули эти произведения, чтобы уязвить оппонента. Они настолько плохи?
- Ну… Я бы не сказал. Но они… как бы сказать…
- Скажите прямо, как есть.
- Они про Зо’ора! - выдохнул Рик и даже улыбнулся от облегчения. - И вообще, про Сподвижников… и про Защитников, волонтеров. Про всех.
- Правда? - заинтересовался Да’ан. - Земные художественные произведения о тейлонах? Как вы думаете, мне позволят их прочесть?
- Не знаю даже. Их тут все девчонки пишут, а в промежутках между сменами друг другу читают. Но при вас постесняются, наверное.
Да’ан задумался, поблескивая отсветами энергоматрицы. Все-таки он твердо решил ознакомиться с этими - как их? - пейрингами, чего бы это ни стоило.

Первое знакомство состоялось достаточно быстро.
Несколько удивленный Сандовал передал Да’ану плоскую сумку, в которой обнаружился ноутбук. К нему прилагалась куча каких-то проводов и финтифлюшек и записка: «Все настроено, только включите ровно в 21.00 по земному времени, будет весело». Да’ан покачал головой, на расстоянии почувствовав подспудное желание автора записки максимально отомстить за удар ногой.
В назначенное время Сподвижник включил подарок. Автозагрузка произошла почти мгновенно, и Да’ан увидел на экране часть комнаты отдыха, оборудованной на носителе специально для людской части персонала. Видимо, камера была хитро замаскирована на круглом столике в центре помещения. Коснувшись тачпада, Да’ан обнаружил, что таким образом может смещать сектор обзора, и принялся рассматривать всех, кто сидел сейчас у стола. Изображение передавалось почти без задержек. Рукастый парень этот Рик.
Итак, в комнате отдыха сейчас собрались сплошь девушки - кто с тетрадками, кто с портативными компьютерами вроде того, что находился сейчас на коленях Да’ана. Вид у всех был самый заговорщический и таинственный.
- Итак, - произнесла одна из них (Да’ан так и не узнал ее имени), - восемнадцатое собрание Общества Вольных Писателей объявляется открытым. На повестке дня семь новых фанфиков о наших самых любимых героях…
Откуда-то донесся тихий умильный вздох. Да’ан повернул камеру влево и увидел все ту же Дженни, любовно прижимающую к груди толстый блокнот.
- … и Дженни зачитает нам первый из них! Давай, Дженни…
- Солнце клонилось к закату, - томным шепотом начала вольная писательница, - и в низинах залегли уже глубокие тени. Рональд Сандовал стоял у окна посольства, задумчиво глядя туда, где…
Поначалу Да’ану даже нравилось неспешное задумчивое повествование. И когда в рассказ довольно бесцеремонно влез образ Зо’ора, наглый и истеричный куда более, чем в реальности, это показалось ему довольно удачным ходом, - чем-то вроде нарочитого подчеркивания особо характерных черт. Но вот потом… Когда пошли какие-то туманные полунамеки на ревность… Нарастание эмоций, заламывание рук и картинные падения в кресло… Все это перешло в страстное объяснение в нежных чувствах. И тут началось такое, что даже Да’ан нервно заелозил на своем кресле, чувствуя, как где-то в недрах щуплого тейлонского тела пробуждается генетическая память о славных временах, когда мир был юн, а для размножения нужны были как минимум два пола. И это несмотря на то, что Сподвижник половину аллегорий попросту не понял. Дженни имела диковинный талант читать по ролям, со всей возможной страстью и истомой в голосе. Да’ан задумался, как поступить: слушать ли дальше, отключиться ли, а может… хмммм… Зо’ора порадовать?.. Нет, это будет просто подло по отношению не столько к Зо’ору, сколько к волонтерам…
Когда Дженни закончила чтение, а ее подруги принялись с жаром обсуждать достоинства и недостатки произведения, Да’ан вызвал майора Кинкейда.
- Лиам, - произнес он, тщательно подбирая слова, - ты не мог бы объяснить мне некоторые аспекты человеческой жизни?
- Да, пожалуйста, - ответил несколько удивленный Лиам.
- Что такое «нефритовый стержень»?
Лиам временно лишился дара речи.
- Нет, я конечно, догадываюсь, - торопливо проговорил Сподвижник, поняв, что сконфузил подчиненного, - но хотел уточнить. Что ж… - и он замолк, глядя в экран.
- А зачем вам такие вещи? - осторожно поинтересовался Лиам, точно ненароком заглядывая в монитор сбоку. Обсуждение закончилось, и председательница собрания готовилась огласить собственный шедевр.
- Пытаюсь понять некоторые творческие мотивы вашей молодежи. Нет, не уходи, мне снова может понадобиться консультация…
В следующую минуту Сподвижник пожалел, что не отослал своего телохранителя с глаз долой. Ибо новый текст был весьма схож с предыдущим… за исключением персонажей, одним из которых был сам Лиам. Кинкейд ошарашено молчал. Он и не подозревал, что состоит с Да’аном в НАСТОЛЬКО близких отношениях. Оторвав, наконец, взгляд от монитора, он хотел уже что-то произнести, но заметил по другую сторону кресла Сандовала, тихо потешавшегося над происходящим.

(Я вставляю сюда многозначительную паузу, хотя на самом деле в промежутке произошел Серьезный Разговор.
- Вы как здесь очутились, Сандовал? - воскликнул Лиам, испытывая к агенту такую неприязнь, какой не ощущал никогда и ни к кому. - Вы же должны быть на носителе!
- Так это же фанфик, - пожал плечами тот. - Здесь и не такое бывает.
- Фанфик? А… это такая специальная литература, в которой авторы издеваются над полюбившимися персонажами? - припомнил Да’ан.
- Точно. Хотя, у вас-то какие претензии могут быть? Вас любят, это над нами с Зо’ором изгаляются, как хотят. Вот наш фанфик, к примеру. Я его уже читал и заранее скорблю.
- А что будет-то?
- Щаз, так я вам и сказал…)

- Агент Сандовал, - тихо и значительно произнес Да’ан. - Если об ЭТОМ, - он указал на ноутбук, - узнает хоть кто-то, помимо нас… Я тоже могу быть беспринципным, понимаете?
- Понимаю, - кивнул Сандовал с самой гнусной ухмылкой, на какую был способен.
Однако очень скоро ухмылка сменилась самым мрачным расположением духа. То, что следующий чтец выступал с юмористическим эссе, ничуть не улучшило его настроения, зато Да’ан и Лиам веселились напропалую: сюжет снова вертелся вокруг парочки Сандовал - Зо’ор, но на этот раз оба вели себя как последние идиоты. Набегами в тексте появлялся Джонатан Дорз, который символизировал Сопротивление. Это было достаточно логично, поскольку из повстанцев волонтеры больше никого не знали. Затем Сандовала отозвали на корабль, а Лиам и Да’ан договорились встретиться в день следующих чтений и ознакомиться с повесткой дня нового собрания клуба. Вопреки здравому смыслу, им понравилось.
Сандовал несколько слукавил. Он появился в посольстве, потому что должен был спереть пару документов, а к Да’ану заглянул из любопытства.
- Чем вы там занимались так долго? - недовольно поинтересовался Зо’ор, когда Защитник предстал перед его ясные очи. - Вы слушали какую-то аудиозапись? Что это было?
Рональд замялся. У него чесался язык рассказать о том, чем Североамериканский сподвижник занимается на досуге. Однако останавливала мысль о возможной каре.
Сандовал уже читал фанфик и знал, что до конца сюжета бить его не будут, но вот что будет потом?.. В случае неповиновения, самое страшное, что сделает Зо’ор, - велит перепрограммировать кибервирус. Ну, или будет эксперименты ставить. Но Зо’ор дорожит экспериментальным материалом, из него вышел бы хороший ученый. А вот чего от Да’ана ожидать - никогда не знаешь, очень уж он нецеленаправленно работает. Если Зо’ор скажет: «Хочу существо, склонное к саморазрушению», - то в течение недели безо всяких посторонних закидонов выведет в пробирке эмо. У Да’ана же совсем другой подход. Он предложит: «Давайте посмотрим, насколько будет склонен к саморазрушению гибрид бобра с секвойей, если оставить его в естественной среде обитания». Полученный в результате секвобр, как окажется потом, не только живет несколько тысяч лет, но и все это время растет во все стороны, и не жуется хищниками, а в голодные дни отъедает себе хвост, на месте которого тут же появляется пышная молодая поросль. А поскольку это странное существо при отличном умении плавать совсем не способно нырять, то оно не может ужиться с другими бобрами и тихо сплавляется вниз по реке, попутно пытаясь примкнуть к выдрам, уткам, капибарам, крокодилам и прочим животным сообществам. В конце концов, так и не саморазрушившись, секвобр разочаруется во всем на свете, осядет на одном месте и мирно пустит корни, но к тому времени успеет наплодить столько разномастного потомства, что весь лес превратится в сплошной паноптикум. Потомство будет хаотично мигрировать, скрещиваясь между собой в самых невероятных комбинациях, и чтобы замести следы зверских опытов, лес придется выжигать напалмом или огородить колючей проволокой и объявить заповедником. Сандовал не хотел хаотично мигрировать и скрещиваться с чем попало, поэтому просто соврал:
- Аудиокнига. Паоло Коэльо.
Зо’ор сделал вид, что поверил.
- Хорошо, ступайте, - ответил он.
Когда Сандовал удалился, Зо’ор снова занялся тем, чем занимался до его прихода. А именно - читал любовные послания. С тех пор, как новая смена волонтеров прибыла для прохождения практики на носитель, Зо’ор стал частенько обнаруживать у себя на кресле цветы, непонятного назначения побрякушки и бесчисленное количество открыток с ласковыми словами. Зо’ор тщательно скрывал ото всех, что ему приятно получать эти мелкие презенты. Хотя - к чему лукавить? - ему действительно нравилось читать стихи в свой адрес, пусть они и были весьма паршивыми. Стихи тешили его самолюбие. Да, Зо’ор был самолюбив - чуть более, чем все талантливые личности, и чуть менее, чем полные бездари.

Несмотря на все меры предосторожности, о существовании литературного клуба на носителе узнали многие. То ли Лиам поступил неосторожно, попросив техников подключить комнату отдыха к инфопотоку, то ли Сандовал проговорился, то ли Да’ан ляпнул что-то не то, когда Зо’ор расспрашивал насчет аудиокниг… К вящему неудовольствию Североамериканского Сподвижника, обнаружить истинного виновника утечки информации не удалось, а моральные принципы не позволяли ему быть беспринципным в подобной ситуации. //Во загнула. - прим. Автора.// Как бы там ни было, а на третий раз слушать волонтерские сочинения собралась уже целая компания.
(Собирались в посольстве, боясь, что на носителе их может засечь кто-нибудь из персонала, и самопальные писатели просто перестанут творить). В этой компании кто-то всегда оставался мрачен, пока остальные веселились. Но как только начинал звучать новый фанфик, как этот кто-то начинал бурно радоваться, а мрачнел кто-то другой.
Вопреки опасениям, Зо’ор отнесся к подобным проявлениям фанатской любви спокойно и даже с некоторым энтузиазмом. Когда волонтеры отработали свою практику и им пришло время возвращаться на Землю, глава Синода даже распорядился перевести всю смену в ранг постоянного персонала, лишь бы развлечение не прекращалось. Мало того, Зо’ор взял за моду заигрывать с Сандовалом: патетически восклицать
«ТЫМЕНЯНЕЛЮБИШЬ!!!», щипать несчастного агента за пятую точку... Вернее, пока волонтеров не было на горизонте, он вел себя как обычно, но едва в поле зрения попадала тушка какой-нибудь девицы… Если Сандовала поблизости не оказывалось, Зо’ор просто произносил какую-нибудь многозначительную или нелепую фразу, которая мигом бралась на карандаш.
Озадачивало его другое. Количество нежных записок стремительно сокращалось, и в них все чаще появлялись слова: «Я не ожидала от вас такого», «Как вы могли» и «Мое бедное сердце разбито». Зо’ор попросту не мог уловить логики происходящего: кажется, он вел себя так, как желали волонтерки, и тем не менее, именно это выводило их из себя.
В попытках хоть как-то понять психологию человеческих взаимоотношений, Зо’ор даже снизошел до того, что перечитал Шекспира и достал расспросами МитГаи. Шекспир остался непонятым, зато МитГаи прочел длинную лекцию об особенностях гуморальной регуляции землян, о гормонах, феромонах и прочей дребедени. Глава Синода оказался совсем сбит с толку. Исходя из теории Целителя, люди вообще не могли испытывать никаких нежных чувств к тейлонам, а все-таки испытывали. Да’ан мог бы, наверное, объяснить, как такое возможно, но Зо’ор решил не лезть к родителю с расспросами, опасаясь напороться на пространную лекцию о природе человечества. Конечно, Да’ану легко уважать людей. Он ведь общается исключительно с элитой: политиками, писателями, учеными, выдающимися социальными деятелями. А вот через руки Зо’ора прошло столько разнообразного человеческого материала, что он твердо знал: на каждого землянина, с которым можно хоть как-то иметь дело, приходится не менее десятка совершенно омерзительных кадров с коэффициентом интеллекта ниже комнатной температуры. И по этой причине Зо’ор не особо горел желанием узнать землян поближе.
А те - горели! И Глава Всея Синода очень скоро убедился в этом.
Он просто расслаблялся под энергодушем, когда услышал за спиной шепотки и хихиканье. Обернувшись, он увидел стайку волонтерок из Общества Вольных Писателей, которые нерешительно подбирались к нему, подталкивая друг друга для смелости.
- Что вам? - спросил Зо’ор максимально вежливо. С писателями нужно обращаться почтительно, иначе такого про тебя накатают…
- А мы…- ежесекундно смущаясь, начала одна из них. - Мы… Мы ваши фанаты!
- Так, - только и вымолвил Сподвижник.
- Да, мы организовали фанклуб имени вас, - подхватила другая волонтерка, на лице которой был написан испуганный восторг (да, даже так бывает).
- Фанклуб имени меня? - протянул Глава Синода. Ему нравилось, как это звучит.
- Можно ваш автограф?
Сразу же отовсюду потянулись к нему руки с фотографиями, постерами и фломастерами.
- И мне! И мне подпишите!... А мне на майке, можно? - загалдели волонтерки, осознавшие, что сегодня их убивать не будут. - А подпишите мне на лбу! Класс!!!
Девочки, я дотронулась до него! Я до него дотронулась!!!
Сложно описать, что испытывал Зо’ор, малюя на всех предложенных предметах буквы своего имени. Никогда раньше люди не относились к нему так хорошо не из-за императивов или из корыстных побуждений, а просто от широты души. С одной стороны это вызывало растерянность и подозрительность, а с другой… это было чертовски приятно. Зо’ор неожиданно почувствовал блаженное умиротворение и прилив сил, как будто под энергодушем проторчал часов этак сорок восемь. А еще ему захотелось поведать таким благодарным слушателям что-нибудь суровое и героическое, в стиле «вот в былые времена солнце светило ярче, небо было выше, и джаридианцы были - ух! - не то что сейчас…» И рассказал, совершенно не задумываясь над тем, что распинается перед низшими существами.
Получив такое поощрение, фанклуб удвоил усилия. Фанфики превратились в настоящие оды, преисполненные благоговения, а количество их резко возросло. Комната отдыха превратилась в нечто верноподданническое, увешанное плакатами и прочей сопутствующей дребеденью. А однажды Да’ан лично явился к Зо’ору и предъявил претензии.
- Уйми своих поклонников, - с несвойственным ему раздражением потребовал Да’ан.
- Завидуешь? - отозвался непривычно благодушный Глава Синода. Да’ан отметил про себя это благодушие, а вслух сказал:
- Ты знаешь, что твои фанаты по ночам уходят с корабля через портал, отправляются в волонтерский лагерь и устраивают драки с моими фанатами?
- И как, часто побеждают?
- Дело не в том, кто побеждает! Они могут искалечить друг друга! Повлияй на них как-нибудь.
- Хорошо, - ответил Зо’ор, который, разумеется, не собирался делать ничего подобного.
- Зо’ор!!! Я настаиваю!
- Хорошо, - снова сказал Зо’ор. - Я постараюсь их убедить.
На этот раз он соврал более убедительно, и легковерный Да’ан удалился.
Через пару дней Североамериканский Сподвижник убедился, что драки продолжаются, и решил повлиять на волонтеров со своей стороны. Он лично прибыл в лагерь с инспекцией. Обалдевшие от такого счастья фаны ходили за ним по пятам, забив на тренировки, и заглядывали тейлону в рот. О сражениях стенка на стенку никто из них и словом не обмолвился, хотя инструкторы продолжали утверждать обратное.
- Давайте не будем спешить с выводами, - посоветовал Лиам на третий день инспекции. Он был лишен детства, но память предков подсказывала ему, что подростки бывают весьма хитроумны, когда дело заходит о диверсиях.
- Что ты предлагаешь? - поинтересовался Да’ан.
- Давайте притворимся, что убрались отсюда, - пожал плечами Кинкейд, - потому что при нас драки уж точно не будет. Установим наблюдение, может, и выследим этих придурков.
- Пожалуй, ты прав, - задумчиво согласился Да’ан. Он мысленно внес в этот план свои коррективы. Ему пришла в голову идея вытащить на разборки Зо’ора, чтобы тот не смог увильнуть от очевидных фактов.
- Вот они, - сдавленным шепотом просипел Лиам, которому Сандовал, не разобравшись в полутьме, зверски давил локтем в живот.
Портал сработал, выпустив из себя Общество Вольных Писателей в полном составе. Крадучись, они потрусили в неопределенном направлении, но вдруг вспыхнул фонарь на столбе, и перед Зо’оровыми поклонницами появились Да’ановы фанатки, очень и очень сердитые.
- Смотрите, девочки, опять эти шестерки здесь, - с явным вызовом произнесла одна из них, уперев руки в бока. - Сколько раз говорить, чтобы не смели здесь появляться!
В ответ послышалось некое слово. Вернее, целый поток неких слов в адрес Сподвижников. Да’ан в очередной раз подивился манере некоторых землян скандалить по любому поводу. Зо’ор, однако, выглядел довольным. Лиам кивнул всем присутствующим, и все вместе они вышли из дощатого строения, в котором до поры до времени скрывались от посторонних глаз.
Волонтеры, однако, так увлеклись перебранкой, что не обратили внимания не только на появление инструкторов, но и на присутствие своих кумиров. Прежде, чем кто-либо успел что-либо понять, как раздался клич: «Бей их! Уррррааааа!!!!» - и две враждующие группировки сцепились в один большой клубок, в котором хаотично мелькали конечности, над которым взмывало странно похожее на шампиньон облако пыли и летели клочья выдранной травы. Окрики и угрозы вызвали примерно такую же реакцию, как у жирафа на укроп, то есть - никакой. Инструкторы, попытавшиеся разнять дерущихся с применением силы, были немедленно подмяты и вовлечены в общий бедлам. К полю битвы стали подтягиваться разбуженные (или даже не ложившиеся) волонтеры. Да’ан, Лиам и Рональд стояли в сторонке, как неприкаянные. Они добились своей цели - «выследить этих придурков», но теперь понятия не имели, что с придурками делать.
Только Зо’ор не выглядел растерянным. Он сосредоточенно болел за своих. Из толпы зрителей слышались выкрики:
- Левой! Левой давай!
- Да врежь ты ей с ноги!
- Давай-давай-давай… Ну кто так делает…
- Народ, а что случилось?
- Да опять Да’анки с Зо’орками машутся!
- Эх, и кто их воспитывал?! Разве так драться надо? Вот сейчас мы им покажем! Вперед, девки! За Ттана!..
С вмешательством третьей стороны поляна под фонарем окончательно превратилась в нечто похожее на Куликово поле. Недалеко от Лиама кто-то надрывался:
- Дин! Дин, чтоб тебя!!!
- Чего тебе?
- Бегом отыщи Лоуренса с О’Райли, пусть собирают ребят и тащат сюда свои грешные задницы!
Обернувшись, Лиам увидел толстенького парнишку с чемоданчиком.
- Кто такие эти Лоуренс и О’Райли? - спросил он.
- О’Райли - лидер сандалей…
- Кого?!
- Ну, фанатов Рональда Сандовала, - пояснил парнишка, не моргнув глазом. - А Лоуренс у кинкейдеров главный. Кроме них никто это побоище не остановит.
Лиам почувствовал, что косеет.
- А ты кто? - безнадежно спросил он.
- А я представляю медицинский кружок имени МитГаи, - серезно отозвался паренек, потрясая чемоданчиком, который при ближайшем рассмотрении оказался аптечкой.
- А вас остальные фан-клубы не трогают?
- Нет. Если они будут нас бить, мы не станем их перевязывать.
Лиам подивился такой убийственной логике.
Тем временем подоспевшие крепкие ребята из числа «сандалиев» и «кинкейдеров», коротко переговорив между собой, мужественно ринулись в гущу драки. Катавшийся по земле разъяренный клубок мигом раскололся на несколько фракций - видимо, это происходило не впервые, - оставив на месте только изрядно помятых инструкторов, часть из которых была слегка придушена голубыми шарфиками Ттановых поклонников. К ним тут же устремились медики МитГаи.
- Лиам! Не стой столбом! - рявкнул Сандовал. Лиам очнулся и увидел, что Да’ан буквально висит на Рональде, не в силах удержаться на ногах. Судя по пыльному следу на комбинезоне, кто-то дотянулся до него ногой. Ну, или просто метко метнул ботинок.
- Зо’ор, как ты можешь быть настолько безучастным? - едва оправившись, упрекнул Да’ан. - Ты же видишь, как обстоят дела.
- Мне это нужно для дела, - буркнул тот, не отрывая взгляда от поля боя.
- Для ДЕЛА? Ты хочешь сказать, что это ТЫ ПОДСТРОИЛ???
- Ничуть. Я просто не вмешивался. Мне надо было понять, что значит любовь. Да’ан опешил.
- И ты… ты это понял? - изумленно проговорил он.
- Да, - гордо кивнул Зо’ор. - Любовь - это когда всех бьют ногой, а тебя - нет.
В его голосе звучало неприкрытое ехидство.

ЭПИЛОГ

- Таким образом, - вещал Зо’ор, обращаясь к Синоду, - я выяснил, что люди, испытывая благодарность или влюбленность, вырабатывают огромное количество энергии, куда большее, чем им необходимо. Энергия эта, как правило, направлена на определенный объект. Однако ее вполне возможно собирать и аккумулировать. С помощью простейших накопителей, установленных в местах массовых скоплений людей, можно собрать достаточно энергии, чтобы полностью перекрыть наши потребности.
- Земляне называют это «энергетическим вампиризмом», - заявил Да’ан.
Зо’ор был готов к этому выпаду.
- Повторю еще раз, - заявил он, - что люди, которые испытывают чувство благодарности или влюбленности, вырабатывают колоссальную энергию без ущерба для себя. Они даже не замечают, что теряют что-то. Им это нравится, они испытывают вдохновение и подъем душевных сил. Я наблюдал это явление у волонтеров. Особо сильными выбросы энергии были, когда они защищали своих кумиров. Вернее, думали, что защищали, но это несущественно. Главное - это перспективы, которые дают нам накопители. Единственное требование к нам - вызывать симпатию землян.
- То есть, ты отказываешься от своих планов захвата планеты?
- Верно. Важно, чтобы земляне полюбили нас, а порабощенные не склонны испытывать любовь к поработителям. А сейчас - я вынужден вас покинуть. У меня встреча с фанатами.

З.Ы. Вы, наверное, думаете: с чего это вдруг Глава Синода так подобрел. Все просто: кое о чем он попросту умолчал. А именно - о тех двадцати восьми различных препаратах на основе серотонина и фенилэтиламина, способных вызвать чувство влюбленности даже у самого толстокожего болвана. Зо’ор планировал распылять эти препараты в зоне действия накопителей. Он ничуть не изменил своим привычкам…
Категория: U | Добавил: Lea (2010-08-15) | Автор: Кукарача
Просмотров: 318 | Рейтинг: 4.5 |

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Авторские права на дизайн, оригинальные тексты и переводы, а также на подбор и расположение материалов принадлежат «Прибежищу тейлонов» Все права защищены и охраняются законом. © 2004-2007